Прозрения Достоевского - Страница 2


К оглавлению

2

У Достоевского на этот счет было свое мнение. Он понимал, что человеческий разум для подавляющего большинства людей служит прежде всего орудием, средством, помогающим максимально удовлетворять постоянно растущие материальные потребности.

Эту непростую проблему писатель исследовал своим излюбленным методом мысленного эксперимента и без каких-либо научных формальностей. Он предположил, что было бы с людьми, если бы у них появилась возможность достичь предельных результатов в пользовании природными богатствами (в "Дневнике писателя" такие возможности предоставляют бесы; для нашей реальности - "нечистые" силы техники, машин). Люди летали бы по воздуху, получали баснословные урожаи и т. п., перестав интересоваться "высшим, глубокими мыслями, всеобщими явлениями".

И наступил бы величайший кризис в истории человечества - кризис потребительства, бездуховности, бессмысленности. Ощущая пропажу "свободы духа, воли и личности", они в конце концов истребили бы себя "каким-нибудь новым способом, открытым ими вместе со всеми открытиями".

Вновь подчеркнем: и тут Достоевский не пророчествовал в экстазе, а логично рассуждал, опираясь на знания. Сформулировал простой и принципиально важный вопрос: "Увеличилась ли сумма счастья в человеческой жизни равномерно с развитием господства человека над природой, возможного для него при теперешнем развитии естественных наук?" По-видимому, ответ возможен только отрицательный.

Гениальный писатель понимал то, что до сих пор не укладывается в головы энтузиастам так называемой научно-технической революции. Он проницательно подметил 120 лет назад: "Прогресс естественных знаний имеет отношение к жизни главным образом своей технической стороной". Действительно, техническое могущество современного человечества несравненно превосходит его интеллектуальный потенциал.

Сейчас, когда с полной очевидностью проявился экологический кризис, сотрясающий биосферу, живую оболочку планеты, есть все основания говорить, что человек не выдержал испытание властью над природой. Как тут не вспомнить замечательную мысль, высказанную Федором Михайловичем: "Ну, что если человек был пущен на землю в виде какой-то наглой пробы, чтобы только посмотреть: уживется ли подобное существо на земле или нет?"

Наконец, он сформулировал - в художественной форме - основной закон экологии: "Все, как океан, все течет и соприкасается; в одном месте тронешь, в другом конце мира отдается".

СИЛА И СЛАБОСТЬ

НАУЧНОГО МЕТОДА

Советский историк науки, философ и физик Б. Г. Кузнецов справедливо отметил: "Поэтика Достоевского была рационалистической, потому что сквозной темой его романов была мысль, бьющаяся в своих противоречиях, стремящаяся к воплощению".

Именно поэтому творчество Достоевского восхищало и изумляло крупнейших мыслителей самого разного толка: В. Вернадского, Ф. Ницше,3. Фрейда,Р.Роллана, И. П. Павлова, У. Фолкнера и многих, многих других.

Его умственные эксперименты поразительны. Они предопределили некоторые характерные черты науки и фантастики XX века. Однако если фантасты старались раскрывать главным образом взаимоотношения людей в социуме, результаты научно-технического прогресса,то Достоевский вскрывал более глубокие пласты бытия. У него речь идет прежде всего о смысле жизни всего человечества и каждой личности. Причем этот смысл парадоксальным образом соединяется с бессмыслицей, свобода воли и мысли с несвободой действий, общественное благо с трагедией индивидуума, преобразование природы с ее деградацией.

Великое достижение Достоевского не в том, что он разрешил эти проблемы, а в том, что поставил их и выразил в художественных образах. Как справедливо отметил Б. Г. Кузнецов, у Достоевского "итог рационалистической мысли - космическая гармония неприемлема, если она игнорирует индивидуальную судьбу... Это крик боли, жажды гармонии, который вошел в историю человеческой культуры как вопрос, обращенный к XX столетию... Он стоит рядом с крупнейшими научными открытиями XIX столетия".

СОВМЕЩЕНИЕ НЕСОВМЕСТИМОГО

Федор Михайлович соединял в себе "две вещи несовместные": рациональный рассудочный ум, научно ориентированный, и эмоциональную духовность религиозного, христианского типа. Вообще говоря, каждый из нас обладает теми же качествами. Даже физиологически они определены достаточно четко: левое полушарие головного мозга "заведует" преимущественно рассудочной деятельностью, правое - эмоциональной. Однако в норме противоречия между ними сглажены. Организм по привычке, без каких-либо волевых усилий в одних случаях (скажем, решая формальные задачи) работает подобно компьютеру, а в других, под воздействием чувств, проявляет "животные" качества, включающие не только инстинкты, но и интуицию.

Конечно, существуют и личности эмоционально ущербные, "левополушарные", наряду с бурно темпераментными, пренебрегающими доводами рассудка "правополушарными". В крайних своих проявлениях и те, и другие становятся пациентами психиатров или криминальными элементами.

Так вот, у Достоевского эти две ипостаси личности проявлялись необычайно резко. Об этом наглядно свидетельствует его творчество. Л. Н. Толстой, ревниво отмечавший растущую популярность Достоевского, в одном из писем воскликнул в сердцах:

"Но поставить на памятнике в поучение потомству нельзя человека, который весь борьба".

Да и сам Федор Михайлович с полным основанием называл Парадоксалистом персонаж, выражающий его собственные мысли и научно-философский скептицизм. Но вот что странно и совершенно, можно сказать, ненормально: две психопатичные крайности - каждая вполне шизофреническая! - в нем существовали не только в борениях и противодействиях, но и в гармони.

2